Откуда берутся навязчивые эротические фантазии и что с ними делать

У вас бывали эротические фантазии, которые вы всеми силами пытались выкинуть из головы? О чем они были: о родителях, парне подруги, насилии? Или обо всем сразу? О какой бы «запрещенке» вы ни мечтали, это всегда вызывает смешанные чувства — от тревоги до отвращения и даже паники.

Лиза Мороз пытается понять, почему такие сексуализированные картинки приносят нам неприятные эмоции, зачем мозг на них фиксируется и как вытравить их из сознания (просто не думать не сработает).

На безрыбье и рак рыба, подумала я, перед тем как попытаться восстановить упавшее во время карантина либидо с помощью воображения. Закрыв глаза, я дала волю фантазии — пускай придет любой образ, который сможет встряхнуть мою впавшую в анабиоз сексуальность.

И тут всплывает образ бывшего, который проворачивает со мной такие трюки, от которых раньше мне сносило голову.

Теперь же я пытаюсь выкинуть его из головы: ничего, кроме тревоги и тошноты, эти фантомные воспоминания не вызывают. Я знаю, чем сейчас живет этот человек, что он постит и чего хочет — всё это не вписывается в мои ценности, а значит, и мечтать о нем я не должна. Но что-то пошло не так.

И ладно, если бы это было один раз, но любовник из прошлого стал навещать меня слишком часто, и чем больше я хотела отделаться от него, тем ярче становились картинки. У меня было два варианта: либо я диагностирую у себя какую-то перверсию, либо узнаю, бывает ли такое у других.

Спрашиваю в посте: бывали ли у вас навязчивые сексуальные фантазии и что вы с ними делали? Скрещиваю пальцы в надежде убедиться, что со мной всё в порядке. Мне отвечают 20 френдов, которым мешали секси-миражи хотя бы раз в жизни. Выдыхаю.

Оказывается, это распространенное явление, у которого есть научное название — сексуальные навязчивые мысли. Психолог Элейн Сандра Байерс и ее коллеги опросили 171 студента женского и мужского пола, и оказалось, что у 84% респондентов бывали такие мысли. Причем мужчины сообщали об этом чаще, чем женщины, у которых, кстати, практически не было эротического отклика на подобные образы.

Со мной что-то не так?

Навязчивые сексуальные фантазии похожи на спам, который ваш фильтр почему-то постоянно пропускает. Чаще всего они не вызывают возбуждения, интереса, желания сделать их подробнее, зато несут с собой тревогу, отвращение, раздражение, стыд и вину (комбинации эмоций могут быть разными). Этим они и отличаются от фантазий, под которые приятно мастурбировать.

«Для многих людей это всё равно что обнаружить внутри себя животное», — говорит Пеппер Шварц, социолог из Вашингтонского университета, изучающий сексуальность и сексуальные фантазии.

Мы беспокоимся из-за сексуальной ориентации в нашей фантазии, проявления агрессии в сексе по отношению к себе или другим людям и табу вроде педофилии, зоофилии или инцеста.

В анонимном опросе, который я опубликовала в соцсетях, мне рассказали именно о таких мыслях.

«С 16–17 лет меня преследовали гомосексуальные фантазии — как я делаю минет, целуюсь с парнями, как меня совращают. В 28 я решился воплотить их в жизнь. Гей-секс мне не понравился, а вот фантазии никуда не делись. Хотя повторить уже не хочется».
«У меня бывают фантазии о сексе с моим отцом или братом. Когда выхожу из душа в полотенце, появляется ощущение, что вот сейчас кто-то из них выйдет, потеряет самообладание — и всё случится. Для меня это особенно дико еще и потому, что я предпочитаю секс с женщинами».
«Я фантазирую о таксисте, который когда-то в реальности пытался изнасиловать меня пьяную. Эта мыслительная жвачка просто не дает покоя. Перед глазами его член в презервативе, мысли о том, что я беру его в рот. От этого меня начинает тошнить. Не знаю даже, как избавиться. Чем сильнее заставляю себя не думать об этом, тем ярче это вижу».

Сексолог Ольга Ли вспоминает, что в ее практике были похожие случаи, правда, единичные:

«Фантазии, которые тревожили моих клиентов, обычно были связаны с насилием, некрофилией, зоофилией. А у моего профессора был пациент, который представлял во время секса свою мать. Из-за этого он всегда выбирал партнерш старше себя или обращался к секс-работницам, которым было 50–60 лет».

Эти образы не только вызывают панику, но и заставляют человека усомниться в своих истинных желаниях.

«Если я думаю о сексе с отцом, бывшим или питомцем, значит ли это, что я действительно хочу такое испытать?»

Доктор психологии Чед Веттернек говорит, что отличить мнимые желания от фантазий, которые действительно хочется реализовать, можно именно по чувству сомнения. «Если не уверены, значит, не хотите», — утверждает он.

Запретный плод сладок

У одних людей воображаемые сцены с изнасилованием вызывают легкое неудобство, а у других — отчаяние. Дело в том, что вторые начинают беспокоиться о значении таких фантазий и тем самым дают им силу. Люди могут зацикливаться на них, стыдиться и отправлять в темные подвалы психики — в отличие от тех, кто способен быстро вымести их из сознания, просто зажмурившись посильнее.

Но и тем, и другим эти фантазии (мимолетные или задержавшиеся в голове) приносят негатив, потому что в их основе лежат устоявшиеся социокультурные стереотипы. Ведь сначала нас пичкают правилами в стиле «и в мыслях своих не прелюбодействуй», а потом предлагают пересмотреть свои устаревшие взгляды согласно современным политическим веяниям и научным открытиям. Многие либеральные доктрины критикуют традиционную религию за то, что она контролирует мысли человека, но сами же навешивают ярлыки — что политкорректно, а что нет.

Представьте внутренний конфликт мужчины, который уважает права и чувства женщин, но при этом мечтает изнасиловать подружку.

Или диссонанс феминистки, которая с радостью разрешила бы заковать себя в наручники и морально унизить. Как им поступить?

Сексуальность — сфера, которая кишит противоречиями. Нам говорят, как здорово проявлять ее, но предупреждают об осторожности, ведь она может выйти из берегов. Такие плавающие границы не только делают нас уязвимыми перед нежеланными секс-фантазиями, но и лишают инструментов борьбы с ними — контраргументов, которые могли бы сломать убеждение, что эти мысли «грязные» и «дикие».

Нейромедиаторы и самооценка

Кроме психологов, тему изучают и нейробиологи. Канадский профессор Адам Радомски опросил 777 студентов колледжей из 13 стран мира. 94% участников рассказали, что за последние три месяца у них не раз были навязчивые мысли и не только сексуального характера. Радомски предположил, что наряду со склонностью к многозадачности и обдумыванию сразу нескольких вещей эволюция наградила нас способностью к руминации — постоянному пережевыванию одних и тех же мыслей. Такое вот напоминание, что не бывает ничего идеального.

Почему же кто-то фиксируется на неприятных мыслеобразах, а кто-то нет? Исследователи выделяют несколько факторов.

Один из них — нарушение биохимических процессов в мозге. Ученые проанализировали 10 исследований, в которых участвовали 500 здоровых людей и пациентов с обсессивно-компульсивным расстройством. Оказалось, что симптомы ОКР могут возникать в том числе из-за ошибок в связях между различными частями мозга. А это, скорее всего, происходит из-за дисбаланса химических веществ — серотонина, дофамина, глутамата, которые передают сообщения между клетками мозга (то есть являются нейромедиаторами).

Профессор Майкл Андерсон из Кембриджского университета и доктор Тейлор Шмит пошли дальше и выяснили, какой именно нейромедиатор влияет на возникновение навязчивых мыслей. Это гамма-аминомасляная кислота (ГАМК) — основное тормозящее вещество в головном мозге. Высвобождаясь из одной нервной клетки, он подавляет активность в других, связанных с ней клетках. Андерсон и его коллеги обнаружили, что чем больше у человека ГАМК в гиппокампе (области мозга, отвечающей за память), тем лучше он блокирует поиск неприятных мыслей и их возвращение. Даже здоровым людям с меньшим количеством ГАМК хуже удавалось избегать нежелательных мыслей. Возможно, поэтому антидепрессанты типа «Прозака» и «Золофта» могут подавлять или смягчать фиксацию.

Второй фактор, влияющий на нашу склонность «пережевывать» идею, — это управляемость, то есть способность человека контролировать свое поведение, эмоции и мысли. Но даже люди с высоким уровнем управляемости не властны над всеми чувствами: повторяющийся стресс снижает чувство контроля над ситуацией. Человек становится уязвимым, в его броне против ненужных мыслей появляются бреши — через них и прилетают приветы из прошлого.

Эта когнитивная особенность тесно связана с самооценкой.

Если вы постоянно критикуете себя, скорее всего, вам сложнее управлять своими мыслительными процессами. А значит, повышается вероятность того, что одна мысль о сексе с бывшим или отцом вам будет казаться катастрофой.

«То, как люди реагируют на нежелательные мысли, во многом зависит от их уровня самооценки», — подтверждает Фрэнк Финчам, когнитивный психолог из Университета Уэльса.

Не думайте о белом медведе

Еще одна причина заедающей пластинки — прошлый опыт, который вылез боком через фантазию. Это может быть детская травма, религиозное воспитание, сексуальное насилие, трагическое расставание с партнером — всё, что когда-то вызвало настолько сильные переживания, что человек решил их спрятать.

«Через секс и фантазии люди часто решают свои психологические проблемы. Допустим, человек утверждает, что ему необходимо насилие в постели. Это может говорить о том, что он таким образом решает вопросы со своими внутренними жертвой и палачом. В жизни он такой доминант, что в сексе ему нужно оказаться в полном подчинении.
Если человек представляет себе половой контакт с отцом или матерью, возможно, существует какая-то болезненная связь с ним. Скорее всего, были какие-то околосексуальные травмирующие эпизоды или другой опыт, связанный с родителями. Наша психика вытесняет такие моменты, чтобы защититься, поэтому нужно аккуратно докопаться до травмы, чтобы человек понял причины своей фантазии».
Сексолог и юнгианский аналитик Ольга Ли

Ольга Ли уточняет, что подавлять такие желания бессмысленно, потому что за ними скрываются непрожитые чувства, которые так или иначе найдут выход. Но даже если за фантазиями не стоят столь глубокие переживания, просто вычистить их из сознания не получится. Это доказывает знаменитый эксперимент психолога Даниэля Вегнера «Эффект белого медведя».

Участники эксперимента разделились на две группы: в первой люди должны были думать о белом медведе, во второй — ни в коем случае о нем не вспоминать. В результате те, кому нельзя было думать о медведе, вспоминали о нем примерно раз в минуту — чаще, чем те, кто старался держать мысль о нем в голове. Вегнер считал, что, подавляя идею, ум следит за содержимым сознания: есть ли там «запретная» мысль — и поэтому более чувствителен к ней. Есть и вторая теория: пытаясь отвлечь себя от одной темы и думая о другой, мозг создает ассоциации между ними. В результате отвлекающая идея помогает вернуть ту, которую должна была перекрыть.

Еще одно исследование показало, что люди, которые пытались подавить стереотипные или предвзятые концепции, сделали их только сильнее.

Попытки избавиться от навязчивых мыслей могут привести к рассеянности, повышенной тревожности, асоциальности.

А в крайних случаях они могут сублимироваться в преступление, как у серийного убийцы Джеффри Дамера. Он признался психологу, что в детстве его мучили фантазии, в которых он пытал животных. Всеми силами он старался не представлять пытки, но в итоге эти идеи преследовали его всю жизнь. Он убил 17 человек.

Что делать?

Вот такой парадокс психики: то, чего мы больше всего не хотим или боимся, снова и снова приходит нам в голову. Но избавиться от навязчивых сексуальных картинок всё же можно.

1. Постарайтесь принять, что это всего лишь мысли, а не реальные желания, требующие немедленной реализации.

Каждый раз, когда вам в голову приходит надоедливая идея, говорите себе: «Это обычная фантазия и ничего больше».

Такая практика называется лейблированием. Исследование американского психолога Мэтью Либермана доказало, что она эффективна. Участники называли эмоции, которые испытывали: если чувствовали тревогу, говорили себе: «Это тревога». Это снижало активность миндалины — той части мозга, которая управляет нашей реакцией «бей или беги». Обозначение своих чувств переводило участников из эмоционального состояния в состояние мышления.

«Когда вы выражаете чувства словами, вы тормозите свои эмоциональные реакции — точно так же, как нажимаете на педаль тормоза, когда видите желтый свет», — объяснил Либерман.

Та же схема работает и с нежданными мыслями.

2. Некоторые терапевты дают своим клиентам «разрешение» думать о запретном некоторое время каждый день.

В не очень серьезных случаях это помогает снять тревогу, связанную с этими фантазиями.

Сексолог Ольга Ли рассказывает, как она работает с подобными запросами клиентов:

«Сначала нужно понять, почему появляются такие фантазии. Затем снять зацикленность с этого вопроса, переключив человека на другие аспекты его жизни. А для этого нужно узнать, чего он хочет, что думает о себе, какие у него есть потребности. Я бы попросила этого человека записать ответы, потому что, когда мы прописываем такие вещи, мы начинаем иначе смотреть на себя и фокусируемся на другом».

Также Ольга рекомендует освоить различные дыхательные практики, чтобы научиться расслабляться. Подойдет базовая медитация. Развитие этого навыка важно при работе не только с сексуальными вопросами, но и с другими психологическими проблемами.

Запретные фантазии — это защитный механизм. Он нужен, чтобы нас не отвергало общество, а чувства не разрывали нас изнутри.

Но если такие мысли задерживаются надолго, то могут нарушить стабильность нашей психики. Даже самые безобидные мысли о бывших, попавшие в центрифугу сознания, способны навредить, если мы оцениваем их как плохие и неправильные. Поэтому мы должны быть снисходительны к себе и больше заботиться о своем ментальном здоровье. Скажите себе: «Да, я фантазирую о бывшем, но ничего страшного. Это всего лишь фантазия. Я ни в чем не виновата, и мне не нужно этого стыдиться, потому что воображать — это нормально».

Отправить
Добавить

2 комментария

Комментарий был удален