единственный язык в медиа пространстве, который мы понимаем — это насилие над нашим вниманием!?

Арсений Попов — медиа-художник, креативный продюсер и автор канала «дельфин дружит с кукушкой».

Если обычные войны, это захват территории и ресурсов (того, на что жить), то культурные — это захват доли внимания, mindshare (того, ради чего жить). И заодно канала доставки. Ведь ресурс мало взять, его надо продать, а покупают только если хотят. Желание производит культура. Она же есть способ доставки внимания в рынок.

Может, поэтому всё меньше желания реагировать на каждую новость.

Да, Клод теперь по паспорту. Да, Маск — триллионер. Да, Трамп опять закончил все войны одним сообщением набранным капсом.

Клод, напиши мне эта [новость] под провокационным углом для [аудитория] и объясни почему это важно.

В 2010-х человек был обязан реагировать на каждый скандал. Сзади стоял заград-отряд сторонников культуры отмены. В 2020-х их ряды поредели. Ежедневные атаки на наше внимание воспитали в нас привилегию не входить в каждый эмоциональный пожар.

Раньше гражданская позиция выражалась реакцией. Теперь через отказ быть ретранслятором. Потому что в войне за внимание ретранслятор и есть способ доставки: возмущаясь или репостя, мы так или иначе бесплатно работаем на логистику чужого захвата.

Жижек в «О насилии» писал не только о физическом акте, но и про то насилие, что называют системным. Моральная апелляция к «детям голодающим в Африке» является алиби. Системный шантаж, гонит нас в псевдо-активность, чтобы сострадание вшитое в потребление не мешало допивать латте на летней веранде.

Невроз соучастия заставляет указать на симптом, чтобы не трогать причину. Но реакция превращает нас в топливо. И мы снова надеваем костюм бесплатной доставки. В этом случае единственно возможным поступком становится отказ совершать действие. Отказ от правил игры.

Юнгер называл это уходом в лес. Лес у него не побег, а последняя незахваченная территория, с которой ход остаётся за вами. Левый Жижек и правый Юнгер, что характерно, встречаются в этом лесу. Возможо, где-то там в глубине уже сидит Ганди со своим Движением несотрудничества.

Если немного вернуться к антимеметике, предположу, что сеть взрослеет, когда не всякий раздражитель реплицируется через неё. Момент когда инфоповод перестает быть моральным экзаменом.